Terra Nova

Юрий Визбор.

Католическая церковь

Вот прекрасная оценка
Наших бедствий на бегу -
Католическая церковь
На высоком берегу.

Что-то светлое так манит
Через темное окно -
Католическая пани,
Словно белое вино.

Католичка - не простая,
А загадочная сплошь -
Назидательно листает
Католическую ложь.

"О мой друг, я понимаю,
Ваше чувство не ново.
Я внимательно внимаю,
Но не более того".

А потом в траве пожухлой
Мы лежали у сосны.
Было тихо, было жутко
От такой голубизны.

И с тех пор одна зацепка:
Разыскать я не могу
Католическую церковь
На высоком берегу.

Что ни баба, то промашка,
Что ни камень, то скала, -
Видно, черная монашка
Мне дорогу перешла.

Дай мне, Бог, держаться цепко,
Подари мне сквозь пургу
Католическую церковь
На высоком берегу.

1970

Юрий Визбор

Когда горит звезда

Когда горит звезда с названием "Беда",
Когда бессильны все машины века,
Тогда в беде такой надежды никакой,
Тогда надежда лишь на человека.

Ты не брось меня в страшной беде,
Когда силы мои на исходе.
Человек состоит из людей,
Что однажды на помощь приходят.

От слабости не раз друзья спасали нас,
До настоящей дружбы нас возвысив.
Но иногда для нас рука друзей нужна,
Рука в прямом, не в переносном смысле.

И где б я ни бывал, повсюду узнавал
Содружество высоких параллелей.
Мне без него нельзя - спасибо вам, друзья,
За то, что вы друзья на самом деле.

Когда придёт мой пароход

Юрий Визбор

Мой дальний порт туманы стерегут.
Приходят пароходы и уходят,
Они в морях призвание находят,
Лишь только я стою на берегу.
Я жду один знакомый силуэт,
Мой час еще не пробил, дорогие,
Уходят в море разные другие,
Лишь только для меня отхода нет.

Когда ж придет мой пароход, пусть не спеша,
Который голубой весь, не иначе,
А на борту написано - "Удача".
А на корме сигнал - "Не обижайте малыша".

На пароходе маленьком моем
Матросы-удальцы и кавалеры,
А если веселы они не в меру,
То это дело мы переживем.
Переживем туманы мы и лед,
Я сам поставлю паруса надежды,
Чтоб было так, как не бывало прежде,
Чтобы скорей пришло то, что придет.

Плыви, мой пароход, плыви скорей,
Куда другие и не заплывают,
Их компасы неправильны бывают,
В широтах, мной придуманных морей.
Они на карты не нанесены
И в лоциях морей тех самых нету,
Но, не смотря, товарищи, на это,
В них многие бывали спасены.

Припев:
Когда ж придет мой пароход,
Который голубой весь, не иначе,
А на борту написано - "Удача".
А на корме написано - "Ребята, полный ход!"

30 июля 1977

Леди

Юрий Визбор

О моя дорогая, моя несравненная леди!
Ледокол мой печален, и штурман мой смотрит на юг,
И представьте себе, что звезда из созвездия Лебедь
Непосредственно в медную форточку смотрит мою.
Непосредственно в эту же форточку ветер влетает,
Называвшийся в разных местах то муссон, то пассат,
Он влетает и с явной усмешкою письма читает,
Не отправленные, потому что пропал адресат.

Где же, детка моя, я тебя проморгал и не понял?
Где, подружка моя, разошелся с тобой на пути?
Где, гитарой бренча, прошагал мимо тихих симфоний,
Полагая, что эти концерты еще впереди?
И беспечно я лил на баранину соус "ткемали",
И картинки смотрел по утрам на обоях чужих,
И меня принимали, которые не понимали,
И считали, что счастье является качеством лжи.

Одиночество шлялось за мной и в волнистых витринах
Отражалось печальной фигурой в потертом плаще.
За фигурой по мокрым асфальтам катились машины -
Абсолютно пустые, без всяких шоферов вообще.
И в пустынных вагонах метро я летел через годы,
И в безлюдных портах провожал и встречал сам себя,
И водили со мной хороводы одни непогоды,
И все было на этой земле без тебя, без тебя.

Кто-то рядом ходил и чего-то бубнил - я не слышал.
Телевизор мне тыкал красавиц в лицо - я ослеп.
И, надеясь на старого друга и горные лыжи,
Я пока пребываю на этой пустынной земле.
О моя дорогая, моя несравненная леди!
Ледокол мой буксует во льдах, выбиваясь из сил...
Золотая подружка моя из созвездия Лебедь -
Не забудь. Упади. Обнадежь. Догадайся. Спаси.

Визбор. Слушал. Слышал стихи. Говоримые автором.
Ни музыки, ни даже декламации. Не песня.
Действительно, у него главное - поэзия. Потому что больше ничего и нет, несмотря на попытки других людей это спеть.
Вспоминаются многие стихи, к которым зачем-то придумала музыку и много лет их поёт группа "Воскресенье". Всё, кроме стихов, там, ИМХО, лишнее. Правда, это не барды.
Но и Визбор - это не все барды, а только Визбор.

Верно!
Злоевич, очень рад, что вы ответили!
Злоевич, а давай на "ты", а?
Мне 48 лет - я по уши в могиле...
Ага?

Ага, на ты.
Ни фига не ага - про "уши в могиле"!

Ура!!! Мы с Злоем на "Ты"!!!

А например?

Например, это:
Константин Никольский
Прошедший День


Am C
Прошедший день затих и опустел,
G Am
Готовясь к плену молчаливой ночи,
Am C
Он гаснет эхом недопетых строчек
G Am
Вечерних песен между темных стен.
F G C Am
Он начинался, чтоб зажечь сердца
F G C Am
Своим сияньем вдохновенно зыбким,
F G C Am
И мир встречал его открытою улыбкой
Dm E Am
К восходу солнца обращенного лица.


Сквозь облака, летя с небес к земле,
Свою судьбу ее судьбе вверяя,
То находя, то что-то вдруг теряя,
Он прорывался в предрассветной мгле.
Он жил и пел бездумно и всерьез,
Перемежая холод с пылким зноем,
Святую осень с грешною весною,
Смешное небо с небом, полным слез.


Но видя, что года берут права,
Стал одного бояться -- ночи темной --
И в сумерках сомнений неуемных
Закатных песен высветил слова.
Прошедший день -- вечерняя пора,
Но тот закат мне сердце не тревожит --
Не ночь конец тревогам всем положит,
А света непрерывная игра.


F G C Am
Стою в раздумье над прошедшим днем,
F G C Am
Как в ожиданьи радости неспетой,
F G C Am
Как будто луч грядущего рассвета
Dm E Am
Меня коснулся ласковым огнем.

Или это:

Кто виноват, что ты устал,
Что не нашел, чего так ждал,
Всё потерял, что так искал,
Поднялся в небо и упал.

И чья вина, что день за днём
Уходит жизнь чужим путём
И одиноким стал твой дом,
И пусто за твоим окном.

И меркнет свет и молкнут звуки,
И новой муки ищут руки,
Если боль твоя стихает,
Значит будет новая беда.

Кто виноват, скажи-ка брат,
Один женат, другой богат,
Один смешон, другой влюблён,
Один дурак, другой твой враг?

И чья вина, что там и тут
Друг друга ждут и тем живут,
Но скучен день, и ночь пуста,
Забиты теплые места.


И меркнет свет и молкнут звуки,
И новой муки ищут руки,
Если боль твоя стихает,
Значит будет новая беда.

Кто виноват, и в чём секрет,
Что горя нет и счастья нет,
Без поражений нет побед
И равен счет удач и бед?

И чья вина, что ты один
И жизнь одна и так длинна,
И так скучна, а ты всё ждёшь,
Что ты когда-нибудь умрёшь.

И меркнет свет и молкнут звуки,
И новой муки ищут руки,
И если боль твоя стихает,
Значит будет новая беда.

А это точно песня:
http://www.youtube.com/watch?v=vRPTtiLFINM

У Антонины Кузнецовой есть программа по стихам В.Высоцкого. Именно по СТИХАМ. Она их не поёт.
И, слушая её, понимаешь, что Высоцкий прежде всего - ПОЭТ.
Всё остальное лишь декорации.
Кстати, с её слов: какой-то студент-русист из Сорбонны, прослушав эту программу, поднял руку и спросил: "АнтонинА, а он - гений, да?"

Гений - это только ярлык...

А Высоцкий, мне лично, очень здорово "мозги вправил". В том числе и в фотографии...

Возможно, Антонина Кузнецова считает Высоцкого только поэтом. И эта точка зрения имеет право на существование.
Музыка Высоцкого, ИМХО, подчинена интонации стихотворения, но это музыка, а не аккомпанемент. Каждая мелочь (в вариантах песен, считающихся "каноническими") продумана и отрепетирована специально для того, чтобы усилить поэтическую интонацию; в результате выходит песня, т. е. целостное творение.
Это не отменяет того факта, что стихи Высоцкого: 1) одновременно являются самостоятельными полноценными стихами; 2) и воспринимаются при чтении совсем не так, как в качестве части песни (проступают дополнительные смыслы).

УХ!!!

А то! Кто почти год коллективно пытается экранизировать песню Высоцкого?

Слушай, а ты в Москве?
Давай я приеду в вашу компанию и креативных пистонов вставлю!

Я не в Москве. В соседней области .

В Ялте ноябрь

Ю. Визбор

В Ялте ноябрь.
Ветер гонит по набережной
Желтые жухлые листья платанов.
Волны, ревя, разбиваются о парапет,
Будто хотят добежать до ларька,
Где торгуют горячим бульоном...

В Ялте ноябрь.
В Ялте пусто, как в летнем кино,
Где только что шла французская драма,
Где до сих пор не остыли моторы проекторов,
И лишь экран слеповато глядит,
Освещенный косым фонарем...

В Ялте ноябрь.
Там, в далеких норвежских горах,
Возле избы, где живут пожилые крестьяне,
Этот циклон родился,
И, пройдя всю Европу,
Он, обессиленный, все ж холодит ваши щеки.

В Ялте ноябрь.
Разрешите о том пожалеть
И с легким трепетом взять вас под руку.
В нашем кино
Приключений осталось немного,
Так будем судьбе благодарны
За этот печальный оброненный кем-то билет...

Велосипед

Юрий Визбор

Пахнет луна сосной.
По тишине лесной
Катятся по тропе
Я и велосипед.

Медленно цепь кручу,
Еду куда хочу.
Шины на колесе
Ширкают по росе.

То ли вдали лиман,
То ли вблизи туман,
То ли блестит костел,
То ли горит костер.

Кто же там, у костра?
Это ж моя сестра.
Нет уж, моя жена.
Нет, это просто весна.

Рядом сидит пацан,
Худенький сам с лица
И кандидат в мужья.
Боже, да это ж я!

Я на себя гляжу,
"Нету чудес",- твержу.
Нету чудес, а все ж
Я это я,- похож.

Дым от костра встает.
Парень обнял ее,
Пальцами у лица,
Вот и целуются.

Я не пошел к костру,
Я зашагал к утру,
Мимо огня в крови,
Мимо своей любви.

1970

ППКС.

Видно нечего нам больше скрывать

Юрий Визбор

Видно нечего нам больше скрывать.
Все нам вспомнится на страшном суде.
Эта ночь легла как тот перевал,
За которым исполненье надежд.
Видно прожитое - прожито зря,
Но не в этом, понимаешь ли соль.
Видишь, падают дожди октября.
Видишь, старый дом стоит средь лесов.

Мы растопим в доме печь, в доме печь.
Мы гитару позовем со стены.
Все, что было, мы не будем беречь.
Ведь за нами все мосты сожжены.
Все мосты, все перекрестки дорог.
Все растоптанные клятвы в ночи.
Каждый предал все, что мог, все, что мог,
Мы немножечко о том помолчим.

И луна взойдет оплывшей свечой.
Хлопнет ставня на ветру, на ветру.
О, как я тебя люблю горячо -
Это годы не сотрут, не сотрут.
Всех друзей мы созовем, созовем.
Мы набъем картошкой старый рюкзак.
Спросят люди, что за шум, что за гром?
Мы ответим - просто так, просто так.

Да просто нечего нам больше скрывать.
Все нам вспомнится на страшном суде.
Эта ночь легла как тот перевал,
За которым исполненье надежд.
Видно прожитое - прожито зря,
Но не в этом, понимаешь ли соль.
Видишь, падают дожди октября.
Видишь, старый дом стоит средь лесов.

Военные фотографии

Юрий Визбор

Доводилось нам сниматься
И на снимках улыбаться
Перед старым аппаратом
Под названьем "Фотокор",
Чтобы наши светотени
Сквозь военные метели
В дом родимый долетели
Под родительский надзор.

Так стояли мы с друзьями
В перерывах меж боями.
Сухопутьем и морями
Шли, куда велел приказ.
Встань, фотограф, в серединку
И сними нас всех в обнимку:
Может быть, на этом снимке
Вместе мы в последний раз.

Кто-нибудь потом вглядится
В наши судьбы, в наши лица,
В ту военную страницу,
Что уходит за кормой...
И остались годы эти
В униброме, в бромпортрете,
В фотографиях на память
Для отчизны дорогой.

Воспоминания о пехоте

Юрий Визбор

Нас везут в медсанбат, двух почти что калек,
Выполнявших приказ не совсем осторожно.
Я намерен еще протянуть пару лет,
Если это, конечно, в природе возможно.

Мой товарищ лежит и клянет с матерком
Агрессивные страны, нейтральные - тоже.
Я ж на чутких врачей уповаю тайком,
Если это, конечно, в природе возможно.

Перед нами в снегах лесотундра лежит,
Медицинская лошадь бредет осторожно.
Я надеюсь еще на счастливую жизнь,
Если это, конечно, в природе возможно.

Так и еду я к вам в этих грустных санях.
Что же вас попросить, чтоб вам было несложно?
Я хочу, чтобы вы не забыли меня,
Если это, конечно, в природе возможно.

Батальное полотно

Булат Окуджава

Сумерки. Природа. Флейты голос нервный. Позднее катанье.
На передней лошади едет император в голубом кафтане.
Белая кобыла с карими глазами, с челкой вороною.
Красная попона. Крылья за спиною, как перед войною.

Вслед за императором едут генералы, генералы свиты,
Славою увиты, шрамами покрыты, только не убиты.
Следом - дуэлянты, флигель-адъютанты. Блещут эполеты.
Все они красавцы, все они таланты, все они поэты.

Всё слабее звуки прежних клавесинов, голоса былые.
Только топот мерный, флейты голос нервный да надежды злые.
Всё слабее запах очага и дыма, молока и хлеба.
Где-то под ногами и над головами - лишь земля и небо.

"Видно нечего нам больше скрывать".
Совсем недавно впервые услышал эту "песню". А сейчас не вспомнил, пока она не появилась здесь.
Зато вспомнил у Визбора то, что можно, ИМХО, считать песней.
Серега Санин
Hm Em
С моим Серегой мы шагаем по Петровке,
F#7 Hm
По самой бровке, по самой бровке.
Hm Em
Жуем мороженое мы без остановки -
F# F#7 Hm
В тайге мороженого нам не подают.

H7 Em A7 D F#7 Hm
Припев: То взлет, то посадка, то снег, то дожди,
H7 Em A7 D
Сырая палатка, и писем не жди.
H7 Em A7 D F#7 Hm
Идет молчаливо в распадок рассвет.
H7 Em F#7 Hm Db F#7 Hm
Уходишь - счастливо! Приходишь - привет!


Идет на взлет по полосе мой друг Серега,
Мой друг Серега, Серега Санин.
Сереге Санину легко под небесами,
Другого парня в пекло не пошлют.

Припев.

Два дня искали мы в тайге капот и крылья,
Два дня искали мы Серегу.
А он чуть-чуть не долетел, совсем немного
Не дотянул он до посадочных огней.

Припев.

1965