Terra Nova

Напоили

Напоили.
Первый раз ты так пьяна,
на пари ли?
Виновата ли весна?
Пахнет ночью из окна
и полынью.
Пол – отвесный, как стена.
Напоили.

Меж партнёров и мадам
синеглазо
Бродит ангел вдрабадан,
семиклашка.

Её мутит. Как ей быть?
Хочет взрослою побыть.

Кто-то вытащил ей таз
из передней
и наяривает джаз,
как посредник:

«Всё на свете в первый раз,
не сейчас –
так через час,
интересней в первый раз,
чем в последний…»

Но чьи усталые глаза
стоят в углу,
как образа?
И не флиртуют, не манят –
Они отчаяньем кричат.

Что им мерещится в фигурке
Между танцующих фигур?

И, как помада на окурках,
на смятых пальцах
маникюр.

Как-то по касательной к теме viewtopic.php?f=25&t=707 вспомнилось стихотворение.

Сквозь строй

И снится страшный сон Тарасу.
Кусищем воющего мяса
сквозь толпы, улицы,
гримасы,
сквозь жизнь, под барабанный вой,
сквозь строй ведут его, сквозь строй!
Ведут под коллективный вой:
"Кто плохо бьет — самих сквозь строй"

Спиной он чувствует удары:
Правофланговый бьет удало.
Друзей усердных слышит глас:
"Прости, старик, не мы — так нас"

За что ты бьешь, дурак господен?
За то, что век твой безысходен!
Жена родила дурачка.
Кругом долги. И жизнь тяжка.

А ты за что, царек отечный?
За веру, что ли, за отечество?
За то, что перепил, видать?
И со страной не совладать?

А вы, эстет, в салонах куксясь?
(Шпицрутен в правой, в левой — кукиш.)
За что вы столковались с ними?
Что смел я то, что вам не снилось?

"Я понимаю ваши боли,—
сквозь сон он думал,— мелкота,
мне не простите никогда,
что вы бездарны и убоги,
вопит на снеговых заносах
как сердце раненой страны
мое в ударах и занозах
мясное
месиво
спины!

Все ваши боли вымещая,
эпохой сплющенных калек,
люблю вас, люди, и прощаю.
Тебя я не прощаю, век.
Я верю — в будущем, потом..."
. . . . . . . . . . . . . . .
Удар. В лицо сапог. Подъем.
1963-1965

Опять по касательной...


"Оза",
VI

В час отлива возле чайной
я лежал в ночи печальной,
говорил друзьям об Озе и величье бытия,
но внезапно черный ворон
примешался к разговорам,
вспыхнув синими очами,
он сказал:
"А на фига?!"

Я вскричал: "Мне жаль вас, птица,
человеком вам родиться б,
счастье высшее трудиться,
полпланеты раскроя..."
Он сказал: "А на фига?!"

"Будешь ты, - великий ментор,
бог машин, экспериментов,
будешь бронзой монументов
знаменит во все края..."
Он сказал: "А на фига?!"

"Уничтожив олигархов,
ты настроишь агрегатов,
демократией заменишь
короля и холуя..."
Он сказал: "А на фига?!"

Я сказал: "А хочешь - будешь
спать в заброшенной избушке,
утром пальчики девичьи
будут класть на губы вишни,
глушь такая, что не слышна
ни хвала и ни хула..."

Он ответил: "Все - мура,
раб стандарта, царь природы,
ты свободен без свободы,
ты летишь в автомашине,
но машина - без руля...

Оза, Роза ли, стервоза -
как скучны метаморфозы,
в ящик рано или поздно...
Жизнь была - а на фига?!"

Как сказать ему, подонку,
что живем не чтоб подохнуть, -
чтоб губами тронуть чудо
поцелуя и ручья!

Чудо жить - необъяснимо.
Кто не жил - что спорить с ними?!

Можно бы - да на фига?

1964 г.

А еще этот "поэт" такое когда-то написал:

"Ленин был из породы
распиливающих,
обнажающих
суть вещей..."

Может ( мог бы)гордиться:теперь это эпиграф к "персональному сайту Ленина" .
Конечно, Вознесенскому до Евтушенко, сказавшему: Коммунизм для меня- самый высший интим, " далековато будет, но одного поля ягоды - великие приспособленцы
и холуи.

«Самое неприятное ощущение у меня возникает, пожалуй, от стихов Вознесенского…
…Это человек, строчки которого обладают совершенно уникальной способностью вызывать физиологическую реакцию тошноты. Я чрезвычайно редко реагирую таким образом на написанное: всё-таки, когда видишь, что книга называется «стихи», избранные, неизбранные, какие угодно, ты всё-таки к стихам, даже к плохим, подходишь с несколько иным критерием, нежели к любому другому тексту. Если возникает подобное ощущение от чтения заведомо ложной информации, это ещё туда-сюда. Но когда такая реакция возникает на стихи, понятно, что речь идёт уже о складе ума, мироощущении и, главное, об ощущении языка…
…А кроме того, человек, который мог написать, что чайка – это плавки бога… Это для меня уже не птичка, а крест на человеке, на поэте…
…И когда в языке производятся манипуляции такого сорта, как у Вознесенского, это для меня хуже всякого богохульства».

Иосиф Бродский. Интервью Наталье Горбаневской. Газета «Русская мысль», 3 февраля 1983 года.

А другой поэт однажды сказал:
Услышишь суд глупца...

И - там же:

Доволен? Так пускай толпа его бранит
И плюет на алтарь, где твой огонь горит,
И в детской резвости колеблет твой треножник.

Маш, а Бродский все-таки обошелся без оскорбительных эпитетов. Не может поэт о другом поэте...

Даш, а процитировать, что И.Б. сказал о Евтушенко?

Сказал - или написал? Если оскорбительное написал - увы.

Да, кстати. (Спасибо, Маша! )

Опять - "Лонжюмо"

I

В Лонжюмо сейчас лесопильня.
В школе Ленина? В Лонжюмо?
Нас распилами ослепили
бревна, бурые как эскимо.

Пилы кружатся. Пышут пильщики.
Под береткой, как вспышки,— пыжики.
Через джемперы, как смола,
чуть просвечивают тела.

Здравствуй, утро в морозных дозах!
Словно соты, прозрачны доски.
Может, солнце и сосны — тезки?!
Пахнет музыкой. Пахнет тесом.

А еще почему-то — верфью,
а еще почему-то — ветром,
а еще — почему не знаю —
диалектикою познанья!

Обнаруживайте древесину
под покровом багровой мглы,
Как лучи из-под тучи синей,
бьют
опилки
из-под пилы!

Добирайтесь в вещах до сути.
Пусть ворочается сосна,
словно глиняные сосуды,
солнцем полные дополна.

Пусть корою сосна дремуча,
сердцевина ее светла —
вы терзайте ее и мучайте,
чтобы музыкою была!

Чтобы стала поющей силищей
корабельщиков,
скрипачей...

Ленин был
из породы
распиливающих,
обнажающих суть
вещей.

Гм...Сказал. В интервью. Но и писал тоже, что Евтушенко - подлец, каких мало. И основания так говорить у него были.

Гы. А мне здесь четко "Голубое сало" Владимира Сорокина, т.е. фрагмент оттуда вспоминается...
О-хо-хошеньки...

Если были основания - наверное, он о них тоже написал. И наверное речь шла не о стихах. Думаю, что серьезные обвинения должны быть обоснованы, иначе они превращаются в оплевывание. Причем оплевывание мертвых, что особенно неприятно - это о Вознесенском.
Евтушенко мог ответить Бродскому. Тебе Вознесенский ответить не может.

Маша, а обязательно сорить в теме про поэта, который многим нравится? Все уже уяснили, что он тебе не нравится, зачем же повторяться? Мне, допустим, Бродский до лампочки, но выискивать о нем гадостные цитаты я не буду.

Ну, Даш, нам много кто ответить не может. Это не мешает нам высказывать свое мнение и о поэтах, и о других известных людях. " На вкус и цвет"...

Ещё немного "Лонжюмо".

II

Врут, что Ленин был в эмиграции
(Кто вне родины — эмигрант.)
Всю Россию,
речную, горячую,
он носил в себе, как талант!

Настоящие эмигранты
пили в Питере под охраной,
воровали казну галантно,
жрали устрицы и гранаты —
эмигранты!

Эмигрировали в клозеты
с инкрустированными розетками,
отгораживались газетами
от осенней страны раздетой,
в куртизанок с цветными гривами
эмигрировали!

В драндулете, как чертик в колбе,
изолированный, недобрый,
средь великодержавных харь,
среди ряс и охотнорядцев,
под разученные овации
проезжал глава эмиграции —
царь!

Эмигранты селились в Зимнем.
А России
сердце само —
билось в городе с дальним именем
Лонжюмо.

Вообще-то он был немецкий агент.

И - из поэмы "Мастера"

Реквием

Вам сваи не бить, не гулять по лугам.
Не быть, не быть, не быть городам!

Узорчатым башням в тумане не плыть.
Ни солнцу, ни пашням, ни соснам — не быть!

Ни белым, ни синим — не быть, не бывать.
И выйдет насильник губить-убивать.

И женщины будут в оврагах рожать,
И кони без всадников — мчаться и ржать.

Сквозь белый фундамент трава прорастет.
И мрак, словно мамонт, на землю сойдет.

Растерзанным бабам на площади выть.
Ни белым, ни синим, ни прочим — не быть!
Ни в снах, ни воочию — нигде, никогда...
Врете,
сволочи,
Будут города!

Над ширью вселенской
В лесах золотых
Я,
Вознесенский,
Воздвигну их!

Я — парень с Калужской,
Я явно не промах,
В фуфайке колючей,
С хрустящим дипломом.
Я той же артели,
Что семь мастеров.
Бушуйте в артериях,
двадцать веков!
Я тысячерукий —
руками вашими,
Я тысячеокий —
очами вашими.
Я осуществляю в стекле и металле,
О чем вы мечтали,
о чем — не мечтали...
Я со скамьи студенческой
Мечтаю, чтобы зданья
ракетой
стоступенчатой
взвивались
в мирозданье!
И завтра ночью тряскою
в 0.45
я еду
Братскую
осуществлять!

...А вслед мне из ночи
Окон и бойниц
Уставились очи
Безглазых глазниц.

1959 г.

Андрей Андреич?!

Ленин, естественно.

Что ж в этом естественного, Ne v duhe?
А я уж испугалась, - думала - Андрей Андреич...

да потому что это ясно, как божий день. Он сделал именно то, что было выгодно Германии, и именно Германия давала ему деньги.

Ох, нету тут Маши, она б ща сказала!..

И-эх...

Вот из "Мастеров" опять буду...

II

Их было смелых — семеро,
Их было сильных — семеро,
Наверно, с моря синего,
Или откуда с севера,

Где Ладога, луга,
Где радуга-дуга.

Они ложили кладку
Вдоль белых берегов,
Чтобы взвились, точно радуга,
Семь разных городов.

Как флаги корабельные,
Как песни коробейные.

Один — червонный, башенный,
Разбойный, бесшабашный.
Другой — чтобы, как девица,
Был белогруд, высок.
А третий — точно деревце,
Зеленый городок!

Узорные, кирпичные,
Цветите по холмам...
Их привели опричники,
Чтобы построить храм.

я бы предпочла ознакомиться с мнением Валькирии на сей счет.