Terra Nova

Параллель, ну, любовь - не любовь, а большую человеческую симпатию к этому товарищу испытываю . А еще больше - уважение и привычное уже удивление. Это ж просто человек-вихрь какой-то, Фигаро и Юлий Цезарь в одном флаконе!

Сегодня днем заглядывала в Фейсбук, подумала, что вечером опять тут кое-что выложу, да что-то вот уже сил нет даже на это . А Быков каждый день всё это пишет!!!


А лишь бы не в салат

Хорошо вращаться вокруг оси
Телескопу,
Калейдоскопу.
Интересно жить на святой Руси
Теософу,
Антропософу.

Здесь реальна вечность святых мощей
И угроза нагим остаться,
Очевидна бренность любых вещей
И надежность любых абстракций.

Я люблю приморские города,
Потому что на их примере
Постигал, насколько все ерунда,
Кроме моря, по крайней мере.

Города, где даже цепные псы,
Неподвижные, как подагра,
Постоянно смотрят цветные сны,
А хозяева и подавно.

Потому что море стоит в саду
И развешано на балконе,
И обиды с бедами наряду
Исчезают на этом фоне.

Я люблю их кроткую нищету,
Потому что она поэту
Объясняет мелочность и тщету
Всех попыток, включая эту.

Как при море город стоит такой,
Так Россия стоит при чем-то,
Из чего до смерти подать рукой,
Пядь до Бога и шаг до черта.

До того пространства ее пусты,
Что под гнетом ее свободы
Митингуют реки, кричат мосты,
Философствуют пароходы.

Ни любовь, ни злато, ни пылкий труд
Не заявятся на подмогу.
Человеку нечего делать тут,
Но какое раздолье Богу!

Если кто кому и воздвиг кумир,
То назавтра его низринул.
Здесь настолько слякотен зримый мир,
Что надежнее жить в незримом.

И один, ругаясь, в который раз
Прорубает окно в Европу,
А другой, смеясь, прижимает глаз
К телескопу,
Калейдоскопу.

Чудодей, халдей, он глядит во тьму,
Загустевшую, как повидло,
И того, что видно сейчас ему,
Ниоткуда больше не видно.

Нет слов. Немое восхищение

Мне тоже очень нравится.

Дмитрий Быков. Русская энергетическая поэзия

Опять Железняк громогласно и жестко
Прославился этой зимой.
Какая-то есть роковая загвоздка
В фамилии этой самой.


В ней плавится сталь и вагранка пылает,
И уголь дымит чернотой,
А главное –– как-то российский парламент
Увязан с фамилией той.


Когда-то страна проходила развилку,
И путь не туда повернул:
Матрос Железняк, разогнав учредилку,
Сказал, что устал караул.


Вот так он сказал, в бескозырку одетый,
И бодро достал пистолет.
Российский парламент на реплике этой
Накрылся на семьдесят лет.


Кроя свою жизнь по крутому фасону,
Он кончил какой-то пургой:
Пошел на Одессу, а вышел к Херсону…
Но это же берег другой!


Как все это вышло, теперь не раскроем,
История стоит слезы.
В анналах матрос остается героем,
Хотя не без легкой крезы.


Как прежде, мы минными бродим полями.
Гуляет тревожный сквозняк.
Сегодня, похоже, российский парламент
Угробит другой Железняк.


Ругал заграницу герой бронзолицый,
Мол, с Западом рвем поскорей,
А после открылось, что он за границей
За деньги учил дочерей.


Отправил в Европу без лишнего шуму
И платит мильонов за сто.
Да кто же поверит в подобную Думу?
И так-то не верит никто!


Достали уже патриоты для виду
С презреньем к Отчизне внутри:
Пошли своих отпрысков хоть в Антарктиду,
Но меньше при этом ори!


Поменьше о славе, поменьше о Боге,
О счастье простого труда,
А если не платишь при этом налоги,
Вообще помолчал бы тогда.


Парламент опять покатился по склону,
Подвел депутата запал:
Пошел на Одессу, а вышел к Херсону,
Короче, опять не попал.


В печальной балладе, пред вами пропетой,
Мораль нелегко отыскать,
Но ясно, что типов с фамилией этой
В парламент нельзя допускать.


Конечно, я мало в Отечестве значу
И перст прижимаю к устам,
Но часто, услышавши речь железнячью,
Шепчу "караул" и "устал".

Подробнее: http://www.kommersant.ru/doc/2100434
Железняк в Википедии:
http://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%96%D0% ... 0%B8%D1%87

Пришла зима,
Как будто никуда не уходила.
На дне надежды, счастья и ума
Всегда была нетающая льдина.

Сквозь этот парк, как на изнанке век,
Сквозь нежность оперения лесного
Все проступал какой-то мокрый снег,
И мерзлый мех, и прочая основа.

Любовь пришла,
Как будто никуда не уходила,
Безжалостна, застенчива, смешна,
Безвыходна, угрюма, нелюдима.

Сквозь тошноту и утренний озноб,
Балет на льду и саван на саванне
Вдруг проступает, глубже всех основ,
Холст, на котором все нарисовали.

Сейчас они в зародыше. Но вот
Пойдут вразнос, сольются воедино —
И смерть придет.
А впрочем, и она не уходила.

Спасибо, Таис
Спасибо, Дима

Да, пронзительные стихи. Я уже приводила их здесь (на четвертой странице), но такое не грех и повторить.

Волюшка, прости, дорогая.....Это не из-за невнимательности.....Это из-за старости.... склероз.... в легкой форме....

Таис, да ладно тебе, скажешь тоже!
Это у Быкова склероз, он это стихотворение два раза на фейсбуке выложил Но

Навеяло одной темой...
https://www.youtube.com/watch?feature=p ... 3DJjMNuZ2c
Совершенно потрясающая лекция, довольно длинная, но увлекательная!

Воля!! Спасибушки!!! Лекция очень интересная и просто потрясающая энциклопедическими знаниями Быкова и его умением находить логические связи и анализировать....

Воля, спасибо огромное! (и отдельное спасибо Быкову )

Ронсаровское

Как ребенок мучит кошку,
Кошка — мышку,
Так вы мучили меня —
И внушили понемножку
Мне мыслишку,
Будто я вам не родня.

Пусть из высшей или низшей,
Вещей, нищей —
Но из касты я иной;
Ваши общие законы
Мне знакомы,
Но не властны надо мной.

Утешение изгоя:
Все другое —
От привычек до словец,
Ни родства, ни растворенья,
Ни старенья
И ни смерти наконец.

Только так во всякой травле —
Прав, не прав ли —
Обретается покой:
Кроме как в сверхчеловеки,
У калеки
Нет дороги никакой.

Но гляжу — седеет волос,
Глохнет голос,
Ломит кости ввечеру,
Проступает милость к падшим,
Злоба к младшим —
Если так пойдет, умру.

Душит участь мировая,
Накрывая,
Как чужая простыня,
И теперь не знаю даже,
На хрена же
Вы так мучили меня.

http://sovsekretno.tv/дмитрий-быков-поэт-и-гражданин/

Спасибо, Робин!!! Получила невероятное удовольствие!!!

Вот такие мужские разговоры -это просто бальзам для меня!!! Изумительная эрудиция и элегантность в использовании собственных знаний в разговоре.....

И какая разница - толст ли автор этих строк, еврей ли, неудобоварим ли в быту... Если бы он был Чудищем Поганым (как в Аленьком цветочке) - я бы и тогда полюбила его
Спасибо, Воля.

На Ронсара похоже формой - "Мой боярышник лесной,/Ты весной..."
А вот по духу - скорее Дю Белле... или даже вийоновское что-то

Читаю "Пастернака" Быкова.
Давно читаю. Книга объёмная и язык трудный. Поэт пишет о поэте. Некоторые строчки вообще не понимаю - прочитываю раз, другой - нет, не понимаю. Джойса прочитала, дойду до конца и Быкова, решила я - и, дойдя до середины - то ли я включилась, то ли Быков стал писать легче. Вчера плакала над книгой.
Браво, Быков.

Довел все-таки человека....Вот ведь гусь!!! С Джеймсом Джойсом такого не случилось бы...

У Джойса - другие реалии:)

Он-настоящий мужчина....Он бы тебя до слез не довел....

Не скажи, я любитель английского юмора:)

Приморский город пустеет к осени —
Пляж обезлюдел, базар остыл, —
И чайки машут над ним раскосыми
Крыльями цвета грязных ветрил.

В конце сезона, как день, короткого,
Над бездной, все еще голубой,
Он прекращает жить для курортника
И остается с самим собой.

Себе рисует художник, только что
Клиентов приманивавший с трудом,
И, не спросясь, берет у лоточника
Две папиросы и сок со льдом.

Прокатчик лодок с торговцем сливами
Ведут беседу по фразе в час
И выглядят ежели не счастливыми,
То более мудрыми, чем при нас.

В кафе последние завсегдатаи
Играют в нарды до темноты,
И кипарисы продолговатые
Стоят, как сложенные зонты.

Над этой жизнью, простой и набожной,
Еще не выветрился пока
Запах всякой курортной набережной —
Гнили, йода и шашлыка.

Застыло время, повисла пауза,
Ушли заезжие чужаки,
И море трется о ржавь пакгауза
И лижет серые лежаки.

А в небе борются синий с розовым,
Две алчных армии, бас и альт,
Сапфир с рубином, пустыня с озером,


Приморский город пустеет к осени.
Мир застывает на верхнем до.
Ни жизнь, ни то, что бывает после,
Ни даже то, что бывает до.

На ровной глади — ни волн, ни паруса,
На белых стенах — парад теней,
А мы с тобою и есть та пауза,
В которой сердцу всего вольней.

Мы милость времени, замирание,
Мы выдох века, провал, просвет,
Мы двое, знающие заранее,
Что все проходит, а смерти нет.